Авторизация
Пользователь:

Пароль:


Забыли пароль?
Регистрация
Заказать альбом


eng / rus

Секс Пистолз.История изнутри.

НЕ НАДО ПОРОТЬ ХУЙНЮ

 

ЭЛ КЛАРК: Я думаю, стало ясно, когда мы записывали Секс что их пламя яркое, но недолгое.

В: Правда?

ЭК: Да, я не думаю, что кто-то говорил это вслух, но все без сомнения чувствовали это подсознательно. Вероятно, и просто не могли уцелеть после своего альбома, пережить его, потому что вся идея альбома была заранее контрреволюционной. Я думаю, все это так или иначе держали в уме, потому что синглы — это как раз то, что нужно, а альбом уже — это часть всего поколения — и все-таки они сделали альбом. И всякий раз, когда ты ставишь себе такие пели я имею в виду, что тебе надо одновременно выжить и сделать что-то, что выведет тебя из строя, тебя начинают съедать парадоксы, потому что занимая определенную позицию, ты перестаешь замечать парадоксы.

 

ПЛАСТИНКА СЕКС ПИСТОЛЗ «ЗА ГРАНЬЮ ПРИСТОЙНОСТИ». ТРОЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ МАГИСТРАТА, ДВОЕ ИЗ НИХ ЖЕНЩИНЫ, СЕГОДНЯ ПОСТАНОВИЛИ, ЧТО ОБЛОЖКА ПОПАВШЕЙ В СПИСКИ ПОПУЛЯРНОСТИ ПЛАСТИНКИ СЕКС ПИСТОЛЗ СО СЛОВОМ «ХУЙНЯ» (BOLLOCKS) В ЗАГЛАВИИ НАХОДИТСЯ ЗА ГРАНЬЮ ПРИСТОЙНОСТИ. РЕКЛАМА ЗАПИСИ ПАНК ГРУППЫ «НЕ НАДО ПОРОТЬ ХУЙНЮ, МЫ СЕКС ПИСТОЛЕТЫ» ЗАПРЕЩЕНА ТЕЛЕ- И РАДИОКОМПАНИЯМИ, ХОТЯ ОНА НАХОДИТСЯ НА ПЕРВОМ МЕСТЕ В СПИСКАХ ПОПУЛЯРНОСТИ И УЖЕ ПРОДАНА В КОЛИЧЕСТВЕ 200 000 КОПИЙ. СЕГОДНЯ 25-ЛЕТНИЙ МЕНЕДЖЕР МАГАЗИНА ГРАМЗАПИСИ КРИСТОФЕР СИЭЛ НА ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ ЗАСЕДАНИИ НОТТЕНГЕМСКОГО МАГИСТРАТА БЫЛ ОБВИНЕН ПО 4-м ПУНКТАМ В СООТВЕТСТВИЕ С 88-летней ДАВНОСТИ ЗАКОНОМ О НЕПРИСТОЙНОСТЯХ В РЕКЛАМЕ.

 

В: Когда вы их записывали, было ли какое-то сопротивление от других занятых на фирме?

ЭК: Нет. Я думаю, была определенная доля подозрительности, потому что к этому времени Секс Пистолз успели работать себе зловещую репутацию и весь их фольклор пустил уже глубокие корни. Но я считаю, нашлись люди, которые прозорливее остальных, которые дали им дорогу.

В: А легко ли поначалу складывались твои отношения с Секс Пистолз и их менеджером?

ЭК: Да с Малькольмом Маклареном все было нормально у нас потому что весь его modus operandi (способ действия) заключался в том, чтобы немедленно проникнуть в стан врага, в компании звукозаписи, сойтись поближе с людьми и заставить их заниматься его проектами. Я имею в виду его умение всех убеждать и эту подкупающую манеру делать вид, что грядут большие события. И у него эго получалось с большим успехом. С группой мы тоже быстро сошлись, им было не очень интересно приходить сюда. Нет, они появлялись здесь в свои сроки, но к несчастью мы взяли их к себе, когда для них самих все уже начало рушиться.

В: В Глиттербесте были очень сильны подозрения относительно Верджин, которую многие отождествляли с Истеблишментом. Можешь ты это прокомментировать?

ЭК: Ну это просто часть малькольмовских заупокойных молебнов. Я считаю, его позиция — это подозревать компании во всех смертных грехах. И отчасти именно поэтом} он основал Секс Пистолз: сначала создай себе врага, в потом уже убеди всех, что ты дискредитировал его по всем статьям. И я думаю, он был немного сбит с толку, с нами работая, потому что мы не вели себя как настоящие враги. Он приходил к нам со своими проектами, и мы начинали над ними работать, запускать их, и он, я считаю, находился у нас на привилегированном положении, ему не говорили нет, и поэтому он мог воочию убедиться, что мы ему больше, чем враги. Я считаю, он был немного сбит с толку нашим чертовским дружелюбием (смеется).

 

В: Что ты думал в глубине души по поводу этого начавшегося движения — от Глиттербеста к Брансону? Как ты сам к нему относился?

ДЖУЛИЕН ТЕМПЛ: Как и все остальные. Думаю, мы реально ненавидели его.

В: Почему?

ДТ: (полусмеясь) Так, я думаю частично из-за того, кто он есть, ты знаешь, это бизнесмен, который делает вид, что он не бизнесмен, и еще это парень, который изо всех сил мечтал запрыгнуть в фургон Секс Пистолз и делал вес возможное для этого.

В: А почему ты думаешь, он так хотел этого?

ДТ: Потому, что он отчаянно хочет быть клевым. И это Для него очень важно, почти так же как делание денег. Верджин всегда присматривает — к кому бы прилепиться, ищет людей, которые что-то делают и выдает эго за свое. Это очень империалистическая позиция. В терминах молодежной культуры это просто империализм, знаешь. Но, с другой стороны, Брансона лично я не знаю, и думаю все мы были немного заражены этой войной Малькольма против него на личном уровне, знаешь, Малькольм нарвался на человека, который еще более ушлый, чем сам Малькольм и который проделал с Малькольмом столько злодейских штук, что другой и помыслить не мог. Поэтому я думаю, что мы влипли к этому времени в ситуацию несколько параноидальную.

 

СУДЕБНОЕ ДЕЛО ХУЙНЯ. СТЕНОГРАММА

Ноттингемский магистрационный суд, 24.11.77

Участники: Дэвид Ричи, обвинитель;

Джон Мортимер, эсквайр, защита.

Мистер Ричи заявил, что на рекламном щите из досок размером 9 на 6 футов были наклеены плакаты с рельефно выступающим на них словом хуйня (bollocks). Щит содержал в себе 11 досок и три плаката. Слово хуйня было высотой 4 дюйма и вся конструкция была выставлена в витрине магазина. Сержант Стоун вновь обратился к Сиэлу и спросил его: признает ли он свою ответственность за этот плакат, и Сиэл ответил — да. С-т Стоун поставил в известность Сиэла относительно того, что «это есть сознательное нарушение закона», и Сиэл был взят под стражу.

Затем Мортимер сказал, что он желал бы вызвать профессора Джеймса Кингсли для лучшего понимания значения слова хуйня. Мистер Ричи отрицал то, что нужны еще какие-то посторонние свидетели, фднако, председательствующий сказал: «Я даю согласие», и Кингсли был вызван.

Кингсли заявил суду, что он, Реверенд Джеймс Кингсли, является профессором английской кафедры Ноттингемского Университета. Он добавил, что в прошлом он был англиканским священником, а также членом Королевской Академии. Получив соответствующий вопрос от Мортимера, он начал обсуждать происхождение слова хуйня. Он сказал, что это слово впервые письменно зафиксировано около 1000 года и в англо-саксонские времена оно означало маленькое яйцо. Также оно использовалось для обозначения цветка орхидеи. Еще он добавил, что вышедший в свет в 1961-м году Словарь Сленга Эрика Патриджа не затрагивал того факта, что слово хуйня употреблялось в Средние Века. Он сказал, что оно появилось в народных библиях и ветеринарных книгах. В библиях оно означало любые маленькие вещи соответствующей формы. Он сказал, что слово это часто служит названием для какого-нибудь населенного пункта и не вызывает среди жителей никаких бурных реакций. Мортимер добавил, что это похоже на то, что один

 

РАЗВАЛ ГРУППЫ

 

«Остановите его», — Даллоу закричал: ничего хорошего произойти уже не могло; он был на самом краю, с ним было кончено: они бы не услышали даже всплеска. Казалось, что вдруг чья-то рука выхватила, изъяла его изо всякого существования — прошлого, будущего, превратила его в ноль — в ничто».

ГРЕХЕМ ГРИН, «Брайтон Рок».

 

ДЖУЛИЕН ТЕМПЛ: (В течение осени 77) Роттен был невероятно раздражен из-за Малькольма, который не хотел заниматься группой. И из-за малькольмовской одержимостью фильмом, который вовсе не был фильмом всей группы. Отношения между ними стали невыносимыми. Разумеется, Малькольм много обманывал Джона. Я помню этот случай в такси, когда Джон был в кино, а Малькольм утверждал, что стучал в его дверь все это время и пытался переговорить с ним, и Джон сказал: «Это неправда». Мы взяли такси и поехали к дому Джона и Джон сказал: «Если ты сидел у меня под дверью, покажи мне тогда, где я живу. Скажи водителю, чтобы он отвез нас туда» И Малькольм просто не знал, где Джон живет.

Я думаю то, что тогда делал Малькольм — достаточно интересно, но он очень глупо недооценивал, что Джон и другие нуждаются в поддержке, чд-о все они должны быть заодно. Ему нужно было их немного поддержать, эмоционально и интеллектуально, потому что пресса продолжала их топить, тучи над ними сгущались, и им нужна была реальная поддержка. И я думаю, Джон мог стать куда сговорчивее относительно того, что делал тогда Малькольм, этой его идеи, что группа должна распасться, чтобы не становиться очередной преуспевающей рок-н-рольной группой. У Малькольма всегда была идея, что Джон просто хочет стать рок-звездой и всех отшить, и эти идеи, знаешь, были ему дороги, они уже поселились в нем вне связи с конкретикой. В какой-то мере это была правда, но еще большая правда это то, что он позволил им распасться, а это просто было следствием того, что он больше не хотел участвовать в принятии решений и не хотел ничего делать. В: А чем хотел сам Малькольм заниматься в это время? ДТ: Фильм хотел делать, тут вмешались его нереализованные амбиции, я думаю. И он хотел, прямо сейчас или ло крайней мере дотянув до осени, он хотел распустить группу и разом покончить со всем. Ему становилось все скучнее

 

 

АНАРХИЯ В США... ВЗРЫВ

 

ПИСТОЛЕТЫ НЕСМОТРЯ НА ВЪЕЗДНОЙ ЗАПРЕТ ИЗ-ЗА СВОИХ КРИМИНАЛЬНЫХ ЗАПИСЕЙ С УСПЕХОМ ПОЯВЛЯЮТСЯ В США

 

 

БУНТ ФАНОВ СЕКС ПИСТОЛЗ

(Джон Блейк, Мемфисж, Тенесси).

Бунтующая толпа атаковала полицию и разбила стеклянные двери во время турне Секс Пистолз по Америке.

А перед этим побоищем случился другой инцидент: член группы Сид Вишиус пришел в такое бешенство, что порезал себе руку ножом во время репетиции.

Чиновник полиции сказал после концерта: «Такого я еще никогда не видел. Кажется, они очень опасные сбежавшие из-под наблюдения психи. Бог знает, что такого в них находят наши парни».

Драки начались после того, как 300 фанам, купившим билеты за 2 доллара, было сказано, что для них нет места в 600-местном танцзале в Мемфисе, где выступала группа. Они начали стучать в двери и окна и испуганная администрация вызвала полицию.

Когда подъехал автомобильный конвой, разъяренная толпа разбила две главные двери.

Детали инцидента, связанного с Вишиусом, еще более загадочны.

Но его ранение видел диск-жокей из Цинцинатти, Спайк Ралли.

 

БУТЫЛКА

Он сказал: «Сид пришел в зал на репетицию с бутылкой выпивки в одной руке и едва стоял на ногах. Затем он вдруг совсем сошел с ума и стал швыряться стульями.

Потом он порезал себе руку ножом. Рана была глубокой и было много крови.

Люди, находившиеся с Секс Пистолз, быстро перевязали рану бинтом. Хотя рана оказалась глубокой, Вишиус отказался от больничной помощи.

Вишиус, который уже разбивал бутылки о свои руки и грудь, отказался говорить о сегодняшнем ранении.

Но в зале посреди концерта он сорвал с себя кожаный жилет показать гигиеническую подушку на руке. Вдруг он сорвал и ее, чтобы продемонстрировать под ней открытую рану».

Ивнинг Ньюс, 7 января 1978.

 

АТЛАНТА — Большой Мьюзик-Холл Алекса Коули. Двери распахиваются в 7. Шоу начинается в 10 с «Боже, храни Королеву». Около половины аудитории в энтузиазме и выдают что-то вроде американской версии пого, другая половина швыряет оскорбления.

МЕМФИС — Танцзал Талиесина. Вместительность зала около 700 человек. Остальные 200 устраивают бунт и разбивают окна, пытаясь в них пролезть. Пистолз ставят на сцене заграждение из пивных банок. Группа разражается «No Feelings».

САН АНТОНИО — РОДЕО Рэнди. 2.200 билетов проданы вперед. Посреди представления один ковбой приходит в бешенство от Сида, который ударяет его своей бас-гитарой. Ковбоя забирает полиция, впоследствии он называет Секс Пистолз в интервью по ТВ: «Канализационными крысами с гитарами».

БАТОН РОУДЖ — Клуб Короля Рыб. Группа в самой лучшей форме. Толпа с энтузиазмом подхватывает «EMI». Пистолз заканчивают шоу «Анархией». Обалдевшая аудитория забрасывает сцену деньгами. Сид и Джон подбирают их после шоу.

ДАЛЛАС — Клуб Длинный Рог. Весь концерт Сид орет в микрофон: «Все ковбои — педики!» и принимает на себя несколько душей из пивных банок. Получив удар по носу от девушки, Сид в течение 20 минут не позволяет увести себя со сцены и истекает кровью. Джонни Роттен подхватывает грипп.

ТУЛУЗА — Танцзал Каина. Автобус Пистолз застает снежная буря, городок практически закрыт. У входа религиозные фанатики пытаются остановить всех азартных. Шоу заканчивается «Pretty Vacant».

САН-ФРАНЦИСКО — Зимний Стадион. Около 5 тыс. человек. Пистолз дают блестящий концерт и вызываются на бис. Затем они устраивают незабываемую вечеринку за сценой. Это — их последний концерт вместе.

Дата написания 14 января 1978.

 

ЭЛ КЛАРК: Когда они полетели в Америку, было очевидно, что для них настали тяжелые времена. Они подписали контракт с Уорнер Браверз, для которых это было чересчур. Им плевать на музыкантов, которые ездят на мотоциклах по коридорам, въезжают на кадиллаках в плавательные бассейны и шлепают своих тусовщиц по задницам живыми акулами — все это внутри принятого кодекса поведения под названием (американский акцент) «рок-н-ролльное безумие», если я правильно понимаю термин.

Секс Пистолз, очевидно, привели их в полное замешательство, потому что, ммм, их манера вызывающего поведения была другой, чем все это. Американцы всегда очень вежливые, они широкие натуры, хотя их дикие как результат этого, еще более дикие. Они ждали, этой дикости от Секс Пистолз. И все так и было. Однако, в каком бы ты ни был отрыве, несмотря на все наркотики и дебоши, они ждут от тебя, что ты пожмешь им руку, когда вы войдете в твой номер... Они ждали от группы просто элементарной вежливости и не дождались — частично из-за настроения группы, частично потому, что намерение всего турне заключалось в том, чтобы оскорбить как можно больше людей.

И знаешь, гастроли миновали такие музыкальные центры как Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго, другие города. Это был Юг, потом Сан-Франциско и вот тебе и все. В общем с какой стороны ни посмотри, это был просто кошмар: для группы из-за климата, для Уорнер Бразерз потому, что они столкнулись с такими людьми, с которыми никогда еще не сталкивались и для Малькольма потому, что он видел как все разваливается. И так и вышло.

 

ГНИЛОЙ ДЕНЬ ПAHKA

(Николас де Йонг).

В результате вспышки какой-то мистической сенсуальности, Секс Пистолеты преуспели в разрушении последнего барьера...

Как нам сообщили из Нью-Йорка, Джонни Роттен заявил, что группы больше нет. Сид Вишиус отправлен в городской госпиталь после, по словам докторов, «передозировки наркотиками» — таблетками и алкоголем, которые он принимал в самолете по пути из Лос-Анжелеса...

Поистине, это самый крутой день Секс Пистолз — он начался с сообщения Джонни Роттена, что группа распалась. Менеджера Пистолз Малькольма Макларена обнаружить не удалось...

Позднее от имени своей компании, Глиттербест, Макла-рен сделал заявление. Там было сказано: «Менеджменту скучно заниматься преуспевающей рок-н-ролльной группой. Бэнд устал быть преуспевающей рок-н-ролльной группой. Поджог клубов и разрушение компаний звукозаписи — занятие более творческое, чем их создание».

Гардиан, 20 января, 1978.

 

ФИНАЛЬНАЯ СЦЕНА ИЗ НЕСДЕЛАННОГО ФИЛЬМА РАСС МЕЙЕРА О СЕКС ПИСТОЛЗ.

Сама история: Мик Джаггер перевоплощается в Джонни Роттена, чтобы обрести юность. Джаггер и его агент Проби устраивают вечеринку, дабы с торжеством отметить «перерождение» его в Джонни Роттена. Секс Пистолз врываются незваными на вечеринку и одна молодая девушка застрелиливает Мика — это ее месть за то, что Джаггер сразил ее любимца, Бамби.

 

М. Дж. ранен насмерть. Он выскальзывает из рук. Его ноги уже охладели и, понимая это, он подносит к лицу и пытается вытереть кровь. Она стекает по лицу смывает весь грим, открывая его собственную застывшую маску смерти.

Стоит полная тишина. М. Дж. скатывается со сцены и дергаясь, сползает на пол. Освещение глупо следует за ним.

109 ВЫСТРЕЛ ЗА КАДРОМ Камера показывает ею тело распростертое на полу, освещенное. Единственный персонаж, который двигается, это Джонни Роттен. Он медленно подходит к мертвому телу. Смотрит на него. Переворачи­вает его навзничь носком ботинка, поэтому мертвое тело вперяется потухшим взором в небеса. Говорит так тихо что едва слышно.

ДЖОННИ РОТТЕН:

(обращается к телу)

Испортит ли успех Джонни? (пауза). Нет. Он попробует его на вкус, побалуется с ним, разрушит, разобьет и расквасит успех (кривится и пинает безжизненное тело Мика Джаггера).

Следующая пауза. В комнате тишина. Джонни Роттен медленно поднимает глаза, тяжело дышит от напряжения, обращается в камеру:

ДЖОННИ РОТТЕН

(снова тихо):

У тебя было когда-нибудь чувство, что тебя разглядывают?

Затемнение

 

НЬЮ-ЙОРК

 

Телефонный разговор между Сидом Вишиусом (больница Джамайка, Нью-Йорк) и Робертой Байли (Манхеттен), 20 января 1978.

— Сид? Это Роберта, помнишь меня по турне? Я фотограф, ты палец мне еще сломал, палец мне вывихнул?

— Я палец сломал?

— Ну так, просто ноготь сломал. Как ты?

— Правда что ли? А да, помню. Ты хочешь приехать в больницу меня навестить?

— Да, можно, но сейчас снег идет. У меня нет машины, а поезда не ходят — ветер сильный.

— Я один совсем.

— Я завтра приехать собираюсь, ты до завтра будешь в больнице?

— Я обратно в Лондон завтра собираюсь.

— Да, но все аэропорты закрыты.

— Ну тогда я все равно завтра должен выбираться отсюда, я к девчонке поеду одной, я знаю где она живет, вообще я...

— Как ты себя чувствуешь?

— Слабость.

— Никто тебя не навестил, да?

— Никто.

— Да, тут все так тоскливо, ты видел наверно по телевизору.

— Да, я тут совсем один.

— Вот черт. Я правда очень далеко сейчас от тебя, но я приеду, я покажу тебе классные фотографии. Сколько ты уже в больнице? Одну ночь?

— Мм, да.

— А что со всеми остальными случилось? Кто еще с тобой летит?

— Бути. А ты фотограф? - Да.

— Не журналистка?

— Нет, я фотограф.

— Что случилось тогда — я принял 80 миллиграмм метадона, так, и еще шесть или семь таблеток валлиума и кайф словил в воздухе, понимаешь, там больший эффект получается, чем просто на земле. Когда ты в самолете, отъехать можно гораздо быстрее.

— Да, ты всегда быстро отъезжаешь.

— Ну вот это и случилось.

— И Бути тоже вернулся?

— Да.

— Он в Лондоне? Вы не вместе?

— Нет, но он все еще здесь.

— А где он?

— Не знаю.

— Вот здорово. А больше никого в Нью-Йорке?

— Да есть люди какие-то в Нью-Йорке, но только плевать всем, что... (неотчетливо).

— Черт, пиздец какой. Я могу Бобу вечером позвонить, знаешь Боба Грайена?

— А, не надо, оставь, я звонил уже ему.

— И что он сказал?

— Сказал, что не может.

— Из-за погоды, да?

— Да.

— Шоссе к больнице все перекрыто. Там правда пиздец и все поезда идут поверху вместо того, чтобы идти по туннелю. Ветер слишком сильный.

— Их что там всех сдувает?

— Я думаю их просто остановили, слишком опасно, потому что вечером ветер еще усилится.

— Да я и не жду никого — чтобы кто-то сел на поезд и приехал меня повидать...

— Ой да ладно тебе, прекращай, у тебя телевизор там хоть есть?

— Чего?

— Телевизор у тебя есть?

— Да.

— Цветной или чернобелый?

— Что я могу — так это что-нибудь почитать.

— Журналы там есть, да?

— Чего я очень хочу — это большую-большую кипу комиксов Марвела.

— Да, у меня дома есть отличные книжки-комиксы.

— У меня тоже, но Бути их взял, козел.

— И у тебя нет возможности с ним связаться?

— Нет, он сказал, что попозже сегодня позвонит, но ему плевать. Ему всегда плевать. Пиздюк он.

— А если к вам туда придти, к тебе-то пустят, это проблема?

— Не проблема.

— А что с самой группой-то произошло?

— Я ушел от них.

— Кажется, что все ушли друг от друга.

— Да, я не думаю, что кто-то реально хочет все это продолжать, но у всех кишка тонка сказать об этом прямо поэтому я просто позвонил Джону и сказал все, что я о нем думаю, и когда я думал... понимаешь, я считаю, я все еще думаю, что со мной как раз все в порядке, я был лучше всех остальных.

— Да, твоя позиция — да, а что собираются делать Стив и Пол?

— Не знаю, попробуют другую группу сделать и не выйдет ничего. Джон конченый человек, абсолютно.

— Кажется, тут какое-то общее соглашение.

— Чего?

— (повторяет).

— Почему?

— Ну все говорят — что ему дальше делать?

— Да, правда.

— И никто даже представить не может, что он дальше будет делать.

— Он конченый человек, правда, он уже не тот. каким раньше был.

— Может, это его немного встряхнет.

— Да, я надеюсь, что это его встряхнет и он будет способен еще что-то сделать. Это отлично бы было, но если это его не встряхнет и он так и останется, он просто будет ни на что не способен, его и знать никто не захочет. Говорить будут: «О, неужели его когда-то звали Джонни Роттен?»

— Я думаю все в Англии очень расстроятся из-за этого.

— Да.

— И как ты на все это смотришь? Что тебя беспокоит?

— Я рад, что все кончилось, потому что это было как. я все время чувствовал, что только от меня шла конкретная энергия. Ты видела наш концерт во Фриско?

— Да.

— Ты не заметила, что...

— Ужасный там был концерт.

— ... Джон уже совсем сдал, да?

— Да. Стив больше прыгал, я вообще не видела хуже концерта.

— Да, я думаю отличный был в Далласе или где там...

— Сан-Антонио. Это был самый лучший.

— Правда? Это тот, где я по лицу получил?

— Нет, это как раз Даллас. Мне тот нравится, где ты ударил гитарой парня этого.

— А это тот, где у меня совсем крыша съехала?

— Да, Джон там прыгал вокруг всех вас и люди швырялись пивными банками. Обалденно здорово было. У меня есть отличные фотографии, я покажу тебе. Тонны просто. Мы завтра должны встретиться, я вытащу Грайена.

— И у тебя получится?

— Да, и мы все с собой принесем.

— Давай, давай, тащи его с собой. Только нужно до девяти придти.

— Утра?

— Нет.

— Вечера?

— Если вы вечером появитесь...

— Но если завтра разрешат вылет, если аэропорт откроют, ты утром тогда поедешь?

— Я же сказал мне пора, потому что София закажет билет.

— Но могут не разрешить вылет, одна вещь есть.

— Вот и хорошо — я хочу еще в Нью-Йорке побыть один день по крайней мере.

— Да, обязательно, обязательно, тебе нужно сходить в город, там много есть людей, которые хотят тебя видеть.

— Ага.

— Ты же там никогда не был, ты здорово проведешь время, если ты здоров, конечно.

— Я пить не могу, совсем не могу, мне доктор сказал если я выпью хоть немного, как я все это время пил, а это уже довольно долго продолжается, вот, я и шести месяцев не протяну.

— Ну так не пей тогда, жопа.

— Наркотики то же самое, даже хуже еще, но понимаешь, если я куда-нибудь пойду, я же не буду там просто сидеть.

— Но ты же можешь просто зайти, потусоваться, я не знаю.

— Если я пойду куда-нибудь, я не смогу удержаться от искушения и все пойдет насмарку. Я совсем загнусь.

— А что ты в Лондоне будешь делать? То же самое?

— Да, судя по всему, шесть месяцев мне осталось привет.

— Ты должен взять себя в руки.

— Я не умею, не могу взять себя в руки.

— Нет, ты можешь, попробуй просто ради эксперимента

— Что просто совсем ничего? Я с трудом себе это представляю. Я уже несколько лет веду такую жизнь.

— Нет, просто такой эксперимент проделай и посмотри что произойдет. Должен же быть выход какой-то.

— Ладно, слушай, попробуй вечером вытащить Бобби

— Вечером это физически невозможно, но завтра обязательно, если ты еще будешь там.

— Если самолет завтра не улетит, завтра и увидимся

— А ты звонить можешь оттуда?

— Да.

— Тогда может мой телефон запишешь?

— Окей.

— А где Малькольм? Обратно в Англию улетел?

— Малькольм в Л. А.

— А, он все еще там. И что он делать думает?

— Отдохнет немного, а потом не знаю.

— Новую группу?

— Да, я в Лондон возвращаюсь и мы будем делать группу с Джонни Фендерсом.

— Да, давай, ты гораздо лучше, чем Билли Раф.

— Чего?

— Это их бассист, ты можешь быть вместо него.

— Да, правильно, он просто козел.

— Ты гораздо лучше.

— Представь себе какая группа у нас будет — я, Фендерс, Нолан и Вальтер Лар.

— Потрясающе, правда потрясающе.

— Мы здорово сыграем, правда? Особенно если я выздоровлю. Это будет для меня хороший стимул скорее поправиться.

— Но Джонни иногда употребляет, он иногда... я ими в виду, что у него есть свои вредные привычки, но несмотря на это он выглядит вполне здоровым. Я не знаю как это него получается.

— У него гепатита не было. У меня гепатит был, и когда я из госпиталя вышел, я просто загубил себя. Я не знаю почему но все говорят, что мне нельзя, а я продолжаю и все тут. Такая у меня натура.

— Твоя натура доведет тебя до беды.

— Моя натура убьет меня в шесть месяцев.

— Ты должен попробовать все изменить.

— Да, я сделаю, что в моих силах.

— Ты можешь позвонить мне, попозже сегодня, или завтра позвони, если ты еще будешь там. Я тоже тебе еще позвоню.

— Да, окей, в любом случае спасибо за звонок.

— Позвони, если скучно будет, окей? Мы беспокоимся за тебя. Береги себя. Пока.

— Пока.

Взято из John Savage, «England's Dreaming».

 

ЗАГОРЕЛЫЕ

ЭЛ. КЛАРК: Стив и Пол как-то съездили в Рио и вернулись оттуда загорелые, и все это выглядело очень комично, потому что нелегко было, на них посмотрев, не развлечь себя тем, что понятия могут принимать прямо противоположное воплощение. Я помню как после записи «Каникул Под Солнцем» у меня были каникулы, и именно под солнцем, и я думал все время: Господи, неужели и впрямь со мной это происходит? И через два дня до меня дошло, что все это называется каникулы под солнцем, меня озаглавили как и все остальных там, и я послал все подальше.

Но когда Стив и Пол вернулись из Рио, такие радостные и загорелые, и ты видел как они поддались всей этой южной жизни с ее прелестями, можно было просто умереть со смеху.

Потом несколько месяцев все мы топтались на месте. А Джон полетел на Ямайку с Ричардом Брансоном и еще одним парнем, который работал у нас, нашим промоутером по имени Руди ван Эдмон, он очень подружился с Секс Пистолз. Они полетели на Ямайку подписывать контракты с группами, и я думаю Джон был неофициальным советником у них, потому что он один из троицы что-то знал о реггей. И они застряли в Америке, а Малькольм уже решил делать фильм свой, Великое Надувательство Рок-н-Ролла, и Джон, сидя у бассейна, постоянно находил эти камеры, запрятанные в кустах. Мне кажется, Малькольм действительно хотел снять этот изобличительный кадр — Джон сидит возле плавательного бассейна. Но я не думаю, что он что-то снял (смеется). Джон, я думаю, каждый раз вовремя засекал камеру.

 

 


← предыдущая страница  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  следующая страница →
© 2006-2011. Компост. Если вы заблудились - карта сайта в помощь
Рейтинг@Mail.ru